Америку воспринимают по-разному
Виктор Власов
Вечером сижу на диване за ноутбуком, который мне подарила одна немолодая женщина. Пью энергетик, ем кукурузные палочки и пишу этот материал. Я отдыхаю после работы «лайфгарда», меня только что привезли из бассейна «Хевенс дрим». Я долго там убирался – не один, разумеется. Я в США, в своих апартаментах, которые мне предоставила компания «Континентал пулс инкопорейтид». Пишу и думаю, упоминать ли этого здоровенного афроамериканца, пригласившего меня на вечеринку. Наш супервайзер, худой и высокий серб, по имени Милош, сказал, что лучше мне туда не соваться, если я человек традиционной сексуальной ориентации. Дело в том, что перед словом «человек» он сказал ещё слово «нормальный» и добавил, что американцы не любят это определение и жалуются на него, как только выдаётся возможность: по телефону или при встрече с начальством. Поэтому никогда нельзя высказывать своё оценочное суждение той или иной ситуации с человеком, тем более называть это определение.
На работе в США за слово-определение «normal» к человеку могут оштрафовать. Почему? Потому что вы начинаете оценивать другого по его пристрастиям или тому, что он возможно ещё не сделал. Так мне объяснил наш строгий супервайзер. Да я и не собирался никого оценивать, мне просто стало интересно, почему этот посетитель бассейна вдруг пригласил меня на вечеринку к нему «ин хиз меншн».
Работаешь на окраине Нью-Йорка, очищая поверхность воды от фантиков и листьев, не задумываешься о том, что за тобой наблюдают американцы, имеют в отношении тебя планы. Наблюдает за мной одна женщина средних лет. Ухоженная и загорелая, как смуглянка. Ворочая шезлонги, я замечаю, что она посматривает в мою сторону третий день. А затем ко мне подходит огромный афроамериканец и приглашает на вечеринку в честь его дня рождения. В итоге женщина эта подкармливает меня мясным пирогом её собственного приготовления, а рослый афроамериканец хотел бы пообщаться со мной лично, в его особняке. Американцы – те же самые работящие люди, только на другом континенте. Они отличаются от нас разве что ментально, потребности и задатки у них те же, что у нас. Надо просто уметь с ними разговаривать и всё подробно выяснять, чтобы не возникало недоразумений. Да они и сами рассказывают для чего с нами общаются и что им от нас нужно.
В Америке я не первый месяц и не второй. Работаю по программе обмена студентами-опытом. Жара стоит неимоверная. Пить и хорониться от солнца хочется небывало несмотря на то, что работаю я в воде и возле воды. Причём каждый раз можно отойти в офис и там передохнуть, сделав вид, что занимаешься полезной работой, например, протираешь внутренность холодильника – после вчерашней «пати».
Ну так вот – немолодая женщина меня подкармливает. Принесёт стейк, печённую картошку с зелёным горошком. Очень вкусно! Этак она в трудный период американской жары оказывает мне поддержку (главным образом «сэпот»? а не «хелп» почему-то!?). Я спрашиваю, что ей нужно, мол, «вот ду ю нид»? Она так и отвечает, что ей нужно спасти душу, чтобы искупить некий грех – то ли свой, то ли предков. Не вдаваясь в подробности, я улыбаюсь ей и тоже, как опытный «лайфгард», желаю прекрасного дня на свежем воздухе. Не трудно предположить, почему женщина оказывает знаки внимания молодому человеку, однако я-то на работе. Американцы весьма непредсказуемые люди. Здесь они тебе улыбаются и даже предлагают отобедать, а потом жалуются, мол, вы им не нравитесь манерами поведения. Эта добрая женщина, по имени Лидия, находит обо мне информацию – целиком и полностью на русском языке, с моими давними и новыми фотографиями. В интернете сказано, что я автор нескольких книг-романов: «Красного лотоса», «Последнего рассвета», путевых заметок в США «По ту сторону неба», «Сна в зимнюю ночь» и сборника рассказов «Третий в команде» – рассказы из него печатались в российских журналах «Сибирские огни», «День и ночь», «Наша молодёжь», «Литературная Россия» и т.д. Как Лидия С. узнаёт эту информацию? Она загоняет в переводчик всё, что обо мне находит в сети. Впрочем, я не удивлён. Американцы – народ смышлёный и любознательный, как мы. Предпочитают сразу проверить и знать о том, кем интересуются. Ну да ладно. На этот момент я свободный человек. Моя «любовь» остаётся в Омске, в России. По-моему, у неё кто-то есть и думать об этом мне не очень интересно – мы абсолютно разные люди. Это и неважно, мне тут не до неё, поверьте. Работы – непочатый край в бассейнах и хобби имеется – я писатель, журналист, блогер. Увлекаюсь видеоиграми, просмотром новых фильмов, аниме и общением с друзьями.
Почему идея общения с Лидией, хоть и немолодой женщиной, мне нравится? Потому что я свободен, как мысль, пишу роман о жизни современного человека, мне нужны эмоции, как они были нужны Генри Миллеру, Джону Стейнбеку, Джеку Керуаку или нашим отечественным писателям и поэтам: Эдуарду Лимонову, Сергею Довлатову или Иосифу Бродскому. Да и чем заниматься в свободное время? Пропадать на жаре, разгуливая по Нью-Йоркским мостовым, засыпанным лиловыми пятнами мазута? Если вы не тратите каждые выходные хотя бы 70-100 долларов на развлечения, то считай – вы скучаете, деградируя невесть как и на чём. А я собирался накопить на приличную фотокамеру и серьёзный фирменный шмот, чтобы не казаться бедным приезжим, каких описывал в своей эмигрантской прозе Эрих Мария Ремарк и перечисленные выше писатели.
Поэтому общение с американцами у них дома или на вечеринке – прекрасное времяпрепровождение, причём есть «варик» не потратиться. Так делают мои приезжие коллеги, правда, они – девушки. Общаются с американцами, а эти «америкен гайз» в них вкладываются. Но я-то парень, причём, творческий, с множеством публикаций и нереализованных амбиций. С меня не убудет, если я пообщаюсь с этой женщиной плотней, а этот здоровенный темнокожий американец пригласит меня на вечеринку в честь собственного дня рождения. Наверняка американка желает обыкновенного мужского внимания, а рослый «афроумэн» – пообщаться с кем-то не из Соединённых Штатов Америки, по крайней мере, мне так хочется думать и потом написать об этом.
Я разговариваю с нашим представительным супервайзером, который после работы развозит нас по апартаментам. Он крайне не советует ехать на вечеринку к малознакомому афроамериканцу. Не рекомендует даже если там хорошенько накормят. Ведь за еду нужно будет заплатить вниманием. Он спрашивает читал ли Эдуарда Лимонова. Конечно, читал, однако я сомневаюсь, что американский товарищ начнёт ко мне приставать, на всякий случай я называл Кевину свою ориентацию.
– Это не имеет значение, Виктор, я тебя предупреждаю, – настаивает Милош. – Тебе ведь давно исполнилось 18 лет, ты взрослый человек.
Знаете, от безделья в США не то что дуреешь, как описывали своё эмоциональное состояние современные писатели-эмигранты, а готов сквозь землю провалиться, лишь бы получить заряд нового. Идёшь туда, где не был, пробуешь то, чего не испытывал. Главное, не переусердствовать и во всем знать меру! Это золотое правило осторожного человека. Люди и болезни встречаются на пути всякие – надо уметь отделить мух от котлет. А медицинская страховка в США невероятно дорогая – оплачивать её потом замучаешься со своих зарплатных «пейчеков».
Продолжение следует…
На работе в США за слово-определение «normal» к человеку могут оштрафовать. Почему? Потому что вы начинаете оценивать другого по его пристрастиям или тому, что он возможно ещё не сделал. Так мне объяснил наш строгий супервайзер. Да я и не собирался никого оценивать, мне просто стало интересно, почему этот посетитель бассейна вдруг пригласил меня на вечеринку к нему «ин хиз меншн».
Работаешь на окраине Нью-Йорка, очищая поверхность воды от фантиков и листьев, не задумываешься о том, что за тобой наблюдают американцы, имеют в отношении тебя планы. Наблюдает за мной одна женщина средних лет. Ухоженная и загорелая, как смуглянка. Ворочая шезлонги, я замечаю, что она посматривает в мою сторону третий день. А затем ко мне подходит огромный афроамериканец и приглашает на вечеринку в честь его дня рождения. В итоге женщина эта подкармливает меня мясным пирогом её собственного приготовления, а рослый афроамериканец хотел бы пообщаться со мной лично, в его особняке. Американцы – те же самые работящие люди, только на другом континенте. Они отличаются от нас разве что ментально, потребности и задатки у них те же, что у нас. Надо просто уметь с ними разговаривать и всё подробно выяснять, чтобы не возникало недоразумений. Да они и сами рассказывают для чего с нами общаются и что им от нас нужно.
В Америке я не первый месяц и не второй. Работаю по программе обмена студентами-опытом. Жара стоит неимоверная. Пить и хорониться от солнца хочется небывало несмотря на то, что работаю я в воде и возле воды. Причём каждый раз можно отойти в офис и там передохнуть, сделав вид, что занимаешься полезной работой, например, протираешь внутренность холодильника – после вчерашней «пати».
Ну так вот – немолодая женщина меня подкармливает. Принесёт стейк, печённую картошку с зелёным горошком. Очень вкусно! Этак она в трудный период американской жары оказывает мне поддержку (главным образом «сэпот»? а не «хелп» почему-то!?). Я спрашиваю, что ей нужно, мол, «вот ду ю нид»? Она так и отвечает, что ей нужно спасти душу, чтобы искупить некий грех – то ли свой, то ли предков. Не вдаваясь в подробности, я улыбаюсь ей и тоже, как опытный «лайфгард», желаю прекрасного дня на свежем воздухе. Не трудно предположить, почему женщина оказывает знаки внимания молодому человеку, однако я-то на работе. Американцы весьма непредсказуемые люди. Здесь они тебе улыбаются и даже предлагают отобедать, а потом жалуются, мол, вы им не нравитесь манерами поведения. Эта добрая женщина, по имени Лидия, находит обо мне информацию – целиком и полностью на русском языке, с моими давними и новыми фотографиями. В интернете сказано, что я автор нескольких книг-романов: «Красного лотоса», «Последнего рассвета», путевых заметок в США «По ту сторону неба», «Сна в зимнюю ночь» и сборника рассказов «Третий в команде» – рассказы из него печатались в российских журналах «Сибирские огни», «День и ночь», «Наша молодёжь», «Литературная Россия» и т.д. Как Лидия С. узнаёт эту информацию? Она загоняет в переводчик всё, что обо мне находит в сети. Впрочем, я не удивлён. Американцы – народ смышлёный и любознательный, как мы. Предпочитают сразу проверить и знать о том, кем интересуются. Ну да ладно. На этот момент я свободный человек. Моя «любовь» остаётся в Омске, в России. По-моему, у неё кто-то есть и думать об этом мне не очень интересно – мы абсолютно разные люди. Это и неважно, мне тут не до неё, поверьте. Работы – непочатый край в бассейнах и хобби имеется – я писатель, журналист, блогер. Увлекаюсь видеоиграми, просмотром новых фильмов, аниме и общением с друзьями.
Почему идея общения с Лидией, хоть и немолодой женщиной, мне нравится? Потому что я свободен, как мысль, пишу роман о жизни современного человека, мне нужны эмоции, как они были нужны Генри Миллеру, Джону Стейнбеку, Джеку Керуаку или нашим отечественным писателям и поэтам: Эдуарду Лимонову, Сергею Довлатову или Иосифу Бродскому. Да и чем заниматься в свободное время? Пропадать на жаре, разгуливая по Нью-Йоркским мостовым, засыпанным лиловыми пятнами мазута? Если вы не тратите каждые выходные хотя бы 70-100 долларов на развлечения, то считай – вы скучаете, деградируя невесть как и на чём. А я собирался накопить на приличную фотокамеру и серьёзный фирменный шмот, чтобы не казаться бедным приезжим, каких описывал в своей эмигрантской прозе Эрих Мария Ремарк и перечисленные выше писатели.
Поэтому общение с американцами у них дома или на вечеринке – прекрасное времяпрепровождение, причём есть «варик» не потратиться. Так делают мои приезжие коллеги, правда, они – девушки. Общаются с американцами, а эти «америкен гайз» в них вкладываются. Но я-то парень, причём, творческий, с множеством публикаций и нереализованных амбиций. С меня не убудет, если я пообщаюсь с этой женщиной плотней, а этот здоровенный темнокожий американец пригласит меня на вечеринку в честь собственного дня рождения. Наверняка американка желает обыкновенного мужского внимания, а рослый «афроумэн» – пообщаться с кем-то не из Соединённых Штатов Америки, по крайней мере, мне так хочется думать и потом написать об этом.
Я разговариваю с нашим представительным супервайзером, который после работы развозит нас по апартаментам. Он крайне не советует ехать на вечеринку к малознакомому афроамериканцу. Не рекомендует даже если там хорошенько накормят. Ведь за еду нужно будет заплатить вниманием. Он спрашивает читал ли Эдуарда Лимонова. Конечно, читал, однако я сомневаюсь, что американский товарищ начнёт ко мне приставать, на всякий случай я называл Кевину свою ориентацию.
– Это не имеет значение, Виктор, я тебя предупреждаю, – настаивает Милош. – Тебе ведь давно исполнилось 18 лет, ты взрослый человек.
Знаете, от безделья в США не то что дуреешь, как описывали своё эмоциональное состояние современные писатели-эмигранты, а готов сквозь землю провалиться, лишь бы получить заряд нового. Идёшь туда, где не был, пробуешь то, чего не испытывал. Главное, не переусердствовать и во всем знать меру! Это золотое правило осторожного человека. Люди и болезни встречаются на пути всякие – надо уметь отделить мух от котлет. А медицинская страховка в США невероятно дорогая – оплачивать её потом замучаешься со своих зарплатных «пейчеков».
Продолжение следует…
Вопросы и комментарии 0