Яйцевидный лиробиллук.
Эрнест Далмислаблак
На форуме я написал, что убийство русских, с одной стороны, вроде как не считается преступлением, но с другой — русские-то белые и европейцы, так что получается, что всё-таки преступление. Не стоит подходить ко всему слишком упрощённо. Депортация чеченцев в Казахстан и, например, история с немцами Поволжья — это две разные истории, к которым нельзя относиться одинаково. Одно дело, когда мы говорим о репрессиях против немцев, и совсем другое — о депортации чеченцев. История с немцами Поволжья — это жесть, а вот ситуация с чеченцами не кажется такой же ужасной. Депортация чеченцев в Казахстан, где большинство мусульман, звучит как вполне неплохая идея (знаете, когда мусульмане-мигранты переезжают в другую мусульманскую страну, местные начинают их люто ненавидеть и даже устраивают жестокие конфликты. Вот в Казахстане, например, к выходцам с Кавказа относятся не очень хорошо). Но если бы чеченцев переселили в Карелию, где в основном христиане и финны, то это было бы совсем другое дело, и явно не очень хорошее. И тогда Карелия стала бы похожа на нынешнюю Россию или на современный Евросоюз с его чудовищными левацкими взглядами. Утром в понедельник она при мне взяла смартфон и через голосовой поиск выяснила, что кусок мяса во сне означает серьезную болезнь. Я считаю, что это полная чушь и выдумки. Сегодня понедельник. Заскочил в магазин, взял там самую дорогую гречку и рис, какие только были. А заодно и в аптеку заглянул — купил две баночки для анализов, пластиковые. Я расплатился наличкой — дал бумажную пятидесятирублёвку и ещё немного мелочи. Когда считал за две баночки для анализов по 53 рубля (получалось 106), что-то напутал. Фармацевт сразу заметила, что денег не хватает. Я пересчитал, и правда, десяти рублей не хватало, так что я добавил десятку. Сон о куске мяса, как мне видится, скорее намекает на желание приготовить что-то незамысловатое, но питательное, например, рис с мясом. Особенно учитывая, что накануне мы приобрели его в избытке в ближайшем магазине. Это точно не к болезни, тем более к какой-то серьезной. Помню, первое июня 2019-го. Именно так всё и было. Под ласковым солнцем я шёл по дороге без названия, расположенной между Цитадельским и Кронштадтским шоссе. Вот слева — бывшая школа, а теперь там морской колледж. Впереди уже маячила заправка «Газпрома». Но мои мысли были далеко от этой обыденности, они были заняты предстоящим вечером — финалом Лиги Чемпионов, где сойдутся два английских гранда, «Тоттенхэм» и «Ливерпуль». Я уже два месяца сижу на диете. И, по-моему, это меня прям окрылило. Тем же летом произошло необычное событие. Оно было совершенно нелогичным и бессмысленным. Я направился в единственную фотостудию в девятнадцатом квартале Кронштадта и попросил распечатать со своего смартфона лист, содержащий мой логин и пароль от страницы ВКонтакте, а также адрес электронной почты с паролем. Я объяснил, что эти данные необходимы мне для работы. Ну кто в здравом уме показывает кому-то пароли от своей почты и ВКонтакте?! Удивление охватило и продавца данного салона.
Мало кто знает, но в ГУЛАГе бараки вообще не отапливались, тогда как в Освенциме было всё на уровне — и отопление, и освещение, и жратва по расписанию. И вот, середина июля 2019 года. Снова фотостудия, но уже другая — та, что приютилась на четвертом этаже «Дома быта», в самом центре Кронштадта. Именно так всё и было. Я находился там, ожидая своей очереди, чтобы сделать фотографию для паспорта. Вы, наверное, удивитесь, но я его меняю каждые два года. Ну, знаете, для пущей безопасности — номер и серия-то новые становятся! Сидя на диване, я увидел, как появилась молодая девушка и заняла место в очереди прямо за мной. Не отрывая взгляда от смартфона, она задала мне вопрос: «Вы в очереди в этот фотосалон? Мне показалось, что она обратила на меня внимание. Клиент вышел. Одолев притяжение дивана, я, наконец, двинулся к фотосалону, где предстояло запечатлеть себя для будущего паспорта. После щелчка затвора, я завязал разговор с фотографом, склонившейся над монитором. Моя шутка, словно волна, прокатилась не только по салону, вызвав её звонкий смех, но и докатилась до холла, где девушка, уютно устроившаяся на диване напротив, на четвёртом этаже дома быта, тоже не смогла сдержать улыбки. Сидя на диване, она не отрывала взгляда от своего смартфона. Можно предположить, что даже на паспортной фотографии она выглядела бы точно так же — уставившись в экран. Ее реакция на мою шутку, ее смех – это прямое доказательство того, что я привлек ее внимание. Похоже, моя работа над собой, диета и тренировки в зале, действительно дали результат. Теперь я чувствую себя увереннее, и это, кажется, привлекает внимание молодых девушек. Я пришел к выводу, что расходы на здоровый образ жизни — диету, посещение бассейна, занятия фитнесом — оказались вполне приемлемыми. Стоимость жизни в Санкт-Петербурге, на мой взгляд, значительно ниже, чем в европейских странах. Это относилось и к финансовым „благодарностям“, которые приходилось выплачивать. Суммы взяток, предлагаемые местным чиновникам, значительно уступают тем, которые могли бы фигурировать в контексте коррупционных схем, связанных с Европой, Панамой или другими подобными юрисдикциями. Эта любопытная идея действительно возникла у меня в мыслях. Через какое-то время я был вновь убеждён в ее справедливости. В тот момент я оказал ей поддержку, переведя ей двести тысяч рублей. Выяснилось, что эти средства были предназначены для подкупа врача-онколога, некоего Зинкевича Дениса Александровича. Целью было обеспечить успешное проведение, казалось бы, не самой сложной операции и избежать каких-либо осложнений. В современных российских государственных медицинских учреждениях, к сожалению, нередко встречается ситуация, когда для обеспечения качественной медицинской помощи и предотвращения необратимых последствий для здоровья, пациентам приходится оказывать финансовое вознаграждение медицинскому персоналу заблаговременно. Ничего экстраординарного здесь нет. Это обычная ситуация. Я высказал ей претензии по поводу того, что она умолчала обо всём, ведь тогда у меня была бы возможность оплатить ей лечение за границей, например, в Германии. Но в некотором смысле, она была полностью права: это заболевание нельзя назвать самым пугающим, к тому же, оно поддавалось успешному и несложному лечению, которое можно было пройти своевременно, не покидая родного Санкт-Петербурга. Откровенно говоря, можно с уверенностью утверждать, что в Европе, некоторых азиатских странах, и, безусловно, на Украине, с пациента была бы взята намного большая по размеру взятка.
Итак, гражданам предлагают „добровольно“ отказаться от кредитов, азартных игр, сделок с недвижимостью без личного присутствия, международных звонков и оформления SIM-карт. Прекрасно, не правда ли? Скоро, видимо, дойдем до „самозапрета“ быть русским или возвращаться на родину. Но вот что интересно: почему-то никто не предлагает „самозапрет“ на лечение у врача, исповедующего ислам, или на службу в армии. Удивительно, правда? Видимо, эти „самозапреты“ не вписываются в генеральную линию. Ведь, как известно, внедряется только то, что выгодно тем, кто наверху. Представьте себе такой сценарий на чемпионате мира: группа „D“ — США, Япония, Норвегия, Новая Зеландия; группа „B“ — Канада, Уругвай, Кот-д'Ивуар и одна из европейских команд (Турция/Румыния/Словакия). Не правда ли, это было бы потрясающе? Невозможно не вернуться мыслями к тому августу, августу 2005 года. Я находился с матерью у строительного гипермаркета „Максидом“ на Московском шоссе в Санкт-Петербурге, в районе станции метро „Электросила“. Жуткая пыль в одном из самых оживлённых районов Петербурга. Здесь, неподалёку, когда-то жил мой друг детства Павел. Мы вышли из строительного гипермаркета с полными сетками. Среди покупок оказалась и эта дурацкая плёнка для мебели, модная в середине нулевых. Я был удивлён, поскольку поездка на метро до места назначения оказалась бы более простой и быстрой. Однако мать почему-то решила поймать частника. Минут через десять подъехал мигрант на „Жигулях“ и запросил за поездку до соседнего квартала непомерную сумму. В итоге мы воспользовались метро. Позднее стало ясно, что приобретение мебельной плёнки было напрасным. При этом её стоимость, насколько помнится, составляла семьсот рублей. Моя попытка использовать её для отделки межкомнатной двери не увенчалась успехом. Ну да, именно так всё и вышло, и я прямо очень сильно огорчился. А сколько потом было этих бесполезных покупок… До чего же тоскливо от осознания этого. Да, всё так и есть. Вот уже двадцать один год прошёл, ну, почти что. Мои мысли сейчас заняты Турцией, Румынией и Словакией. Было бы крайне необычно, если бы Косово, Албания, Босния и Герцеговина, а также Северная Македония одновременно квалифицировались на Чемпионат мира по футболу 2026.
Хоккей, абсолютно голые стриптизёрши и даже отвращение к летним пионерским лагерям… Банальность? Понимаю, но сколько же там всего скрыто? Это затрагивает струны моей души… Эти сюжеты, подобно рекам, текут к своим устьям, но затем, разветвляясь, порождают новые потоки — продолжения, которые подхватывают и несут персонажей сквозь новые главы их бытия. Я тоже, наверное, лишь капля, уносимая общим течением бытия. Такова была судьба. Когда-то я решился на покупку Dali Opticon 6 MK2. И, к моему счастью, они полностью оправдали все ожидания, ни капли сожаления. Просто так сложились обстоятельства. Помнится, это было 16 марта 2023 года. Утром того дня я отправился в его офис, чтобы встретиться, как мы и договаривались накануне в переписке WhatsApp. К счастью, офис находился совсем рядом с моим домом. Кажется, я произвел на них обоих — на него и на неё — довольно странное впечатление. Он сделал мне предложение, которое я, находясь там, принял, но стоило мне выйти за порог, как я передумал и окончательно отказался, сообщив ему об этом решении опять же через WhatsApp. Добравшись до своего дома и стоя у двери, я совершил звонок в веломагазин. Да, именно так всё и произошло. Парой дней раньше, где-то седьмого или восьмого марта, я проторчал на остановке, дожидаясь её, аж до полпервого ночи. В итоге пошёл домой, а она появилась только часа в два. Март тогда был аномально холодным, как январь. Мне искренне жаль, что так получилось. Я признаю, что это моя ошибка. А, Back and Blue от Стоунз! Отлично помню. Захватывающе и трогательно. Моё первое впечатление… положительное! Я вспоминаю эти аккорды и пытаюсь их проиграть в голове. Такова была судьба. Я помню и это. И зимнее солнце. И дефицит сна. И идите вы все „нах+уй“. Во вторник аварийная служба (вероятно, водоканал или теплосеть) проводила работы под окнами, вскрыв асфальт. Я открыл окно. Шёл снег, и наша британская кошка с удовольствием ловила залетевшие снежинки. Очень мило.
Можно сказать, что „русскоязычный россиянин“ — это последний, выцветший лист на древе русского народа, символ его глубокой, измученной старости. Когда мозг русского народа уже мёртв, а тело всё ещё подключено к аппарату жизнеобеспечения. Картина удручающая, и попытки найти в ней что-то позитивное, вроде демократии, прав человека или свободы, будут тщетны. Можно, конечно, нацепить маску русского либерала, и тогда получится что-то вроде Юрия Лонго, который в морге пытается оживить покойника. Суть русского либерализма в его неэффективности перед лицом реальных вызовов. Он подобен фейерверку, запущенному во время пожара: создает много шума и света, но абсолютно бесполезен для борьбы с огнем. Его энергия быстро иссякает, не оставляя после себя ничего, кроме разочарования и упущенных возможностей. Я вообразил себе, каким мог бы быть идеальный, искренний предвыборный ролик настоящей российской либеральной партии. Сюжет такого ролика представлял бы собой шокирующую сцену: последнего оставшегося в живых ветерана Великой Отечественной войны, стоящего на коленях, обезглавливает активист, выступающий за права человека и демократию. Даже после обезглавливания, голова ветерана продолжает бормотать о Сталине и Гагарине, но его песенка, очевидно, спета. Поток красно-коричневой крови хлестал сверху вниз. К сожалению, я не думаю, что подобная политическая реклама появится в России в обозримом будущем. Было бы очень интересно, если бы в одной группе на чемпионате мира по футболу встретились Мексика, Австралия, Шотландия и, если можно так выразиться, Кабо-Верде. Ну вот, опять я за своё. Представляю себе идеальный ЧМ-2026. Примерно 20 марта 2023 года, с возможным небольшим отклонением в ту или иную сторону. В моем воображении я оказался в Ломоносове, в просторном атриуме современного здания, где располагается офис Сбербанка. Это место находится совсем близко к железнодорожному вокзалу города. Я стою на третьем этаже, на лестничной площадке, и мой взгляд устремлён на величественный собор Архангела Михаила. Меня беспокоят мысли о том, что будет дальше. Не верится, что прошло уже три года.
Завораживающая. Завораживающая картина. Это та самая „Пятёрочка“. Речь идёт о „Пятёрочке“ на улице Седова в Санкт-Петербурге. В солнечный день я заходил в эту „Пятёрочку“ и заметил там её — Новожилову Наталью Сергеевну. Она уронила смартфон на пол, но я успел поймать его в полёте. Крики? Зачем? Всё в порядке… В этой сюрреалистической вселенной, где всё — лишь плод воображения, отрезанная голова ветерана ВОВ из моей же придуманной рекламы „настоящей“ русской либеральной партии (которая, по определению, тоже лишь вымысел) неожиданно копирует сюжетную линию рыбы из „Аризонской мечты“. Она ( отрезанная голова ветерана ВОВ ) парит в небе, пролетая то ли над российской Арктикой, где монголоидные народы, не исповедующие ислам, подвергаются жестокой эксплуатации, то ли над канадской Арктикой, где местные монголоидные индейцы в своих уютных юртах наслаждаются сексуальной свободой. Потом же данная отрезанная голова ветерана ВОВ плавненько двигается по Невскому проспекту перемещаясь на уровне последних этажей домов на Невском проспекте. Они выглядят нормально. Я же следил за данной головой исключительно позади… Абсурдно? Да. Именно так. Я видел только её затылок. В воображении передо мной возникал Невский проспект середины девяностых и начала двухтысячных. Мне кажется, что в некотором смысле это было прекрасное время. Это было время моего детства… На мой мобильный телефон не приходят SMS-сообщения. Ну, вот эта странная женщина, вся такая: облезлые кольца в ушах, цепочка на руке, пластиковые очки и пакет из „Пятёрочки“. Вот вам и весь местный „ломоносовский шик“ с минимализмом, как говорится. Этот понедельник, 21 февраля 2022 года, я отчетливо помню. День выдался пасмурным и холодным, типично зимним. Я поднялся по лестнице и оказался у дверей торгового центра возле железнодорожного вокзала. Я проторчал там где-то полчаса, может, чуть больше. Я наблюдал, как мимо меня прошел мужчина средних лет, и мой взгляд был полон снисходительности и даже презрения. Я смотрел на него сверху вниз. Его смартфон, прижатый к уху, вызвал ассоциацию с людьми конца восьмидесятых, которые носили радиоприемники, чтобы быть в курсе таких событий, как съезды народных депутатов. Вот странно, но я подумал, что он следит за свежими новостями. Ведь именно в тот день Путин объявил, что ДНР и ЛНР теперь официально считаются государствами — хотя на деле это конченые террористы. Из его телефона звучал голос, очень похожий на голос Путина. Он шёл к железнодорожной станции. Четыре. Всего четыре года назад. И знаете что? Тогда мир казался куда лучше. Почему? Да потому что я ещё и понятия не имел, что на ЧМ-2026 нас ждёт такой кошмар, как группа с Германией, Эквадором, Кот-д'Ивуаром и Кюрасао! А ещё я тогда не знал, что на ЧМ-2022 Испания, Германия, Япония и Коста-Рика окажутся в одной группе. Это просто какой-то ужас, а не группы! Странно, но мне вдруг вспомнились её фотографии, что она мне раньше показывала. Я не про ту женщину с пакетом из „Пятёрочки“, что прошла мимо меня недавно, а про неё — мою старую знакомую. Та самая женщина в жёлтом платье, на снимках из Каппадокии.
Мало кто знает, но в ГУЛАГе бараки вообще не отапливались, тогда как в Освенциме было всё на уровне — и отопление, и освещение, и жратва по расписанию. И вот, середина июля 2019 года. Снова фотостудия, но уже другая — та, что приютилась на четвертом этаже «Дома быта», в самом центре Кронштадта. Именно так всё и было. Я находился там, ожидая своей очереди, чтобы сделать фотографию для паспорта. Вы, наверное, удивитесь, но я его меняю каждые два года. Ну, знаете, для пущей безопасности — номер и серия-то новые становятся! Сидя на диване, я увидел, как появилась молодая девушка и заняла место в очереди прямо за мной. Не отрывая взгляда от смартфона, она задала мне вопрос: «Вы в очереди в этот фотосалон? Мне показалось, что она обратила на меня внимание. Клиент вышел. Одолев притяжение дивана, я, наконец, двинулся к фотосалону, где предстояло запечатлеть себя для будущего паспорта. После щелчка затвора, я завязал разговор с фотографом, склонившейся над монитором. Моя шутка, словно волна, прокатилась не только по салону, вызвав её звонкий смех, но и докатилась до холла, где девушка, уютно устроившаяся на диване напротив, на четвёртом этаже дома быта, тоже не смогла сдержать улыбки. Сидя на диване, она не отрывала взгляда от своего смартфона. Можно предположить, что даже на паспортной фотографии она выглядела бы точно так же — уставившись в экран. Ее реакция на мою шутку, ее смех – это прямое доказательство того, что я привлек ее внимание. Похоже, моя работа над собой, диета и тренировки в зале, действительно дали результат. Теперь я чувствую себя увереннее, и это, кажется, привлекает внимание молодых девушек. Я пришел к выводу, что расходы на здоровый образ жизни — диету, посещение бассейна, занятия фитнесом — оказались вполне приемлемыми. Стоимость жизни в Санкт-Петербурге, на мой взгляд, значительно ниже, чем в европейских странах. Это относилось и к финансовым „благодарностям“, которые приходилось выплачивать. Суммы взяток, предлагаемые местным чиновникам, значительно уступают тем, которые могли бы фигурировать в контексте коррупционных схем, связанных с Европой, Панамой или другими подобными юрисдикциями. Эта любопытная идея действительно возникла у меня в мыслях. Через какое-то время я был вновь убеждён в ее справедливости. В тот момент я оказал ей поддержку, переведя ей двести тысяч рублей. Выяснилось, что эти средства были предназначены для подкупа врача-онколога, некоего Зинкевича Дениса Александровича. Целью было обеспечить успешное проведение, казалось бы, не самой сложной операции и избежать каких-либо осложнений. В современных российских государственных медицинских учреждениях, к сожалению, нередко встречается ситуация, когда для обеспечения качественной медицинской помощи и предотвращения необратимых последствий для здоровья, пациентам приходится оказывать финансовое вознаграждение медицинскому персоналу заблаговременно. Ничего экстраординарного здесь нет. Это обычная ситуация. Я высказал ей претензии по поводу того, что она умолчала обо всём, ведь тогда у меня была бы возможность оплатить ей лечение за границей, например, в Германии. Но в некотором смысле, она была полностью права: это заболевание нельзя назвать самым пугающим, к тому же, оно поддавалось успешному и несложному лечению, которое можно было пройти своевременно, не покидая родного Санкт-Петербурга. Откровенно говоря, можно с уверенностью утверждать, что в Европе, некоторых азиатских странах, и, безусловно, на Украине, с пациента была бы взята намного большая по размеру взятка.
Итак, гражданам предлагают „добровольно“ отказаться от кредитов, азартных игр, сделок с недвижимостью без личного присутствия, международных звонков и оформления SIM-карт. Прекрасно, не правда ли? Скоро, видимо, дойдем до „самозапрета“ быть русским или возвращаться на родину. Но вот что интересно: почему-то никто не предлагает „самозапрет“ на лечение у врача, исповедующего ислам, или на службу в армии. Удивительно, правда? Видимо, эти „самозапреты“ не вписываются в генеральную линию. Ведь, как известно, внедряется только то, что выгодно тем, кто наверху. Представьте себе такой сценарий на чемпионате мира: группа „D“ — США, Япония, Норвегия, Новая Зеландия; группа „B“ — Канада, Уругвай, Кот-д'Ивуар и одна из европейских команд (Турция/Румыния/Словакия). Не правда ли, это было бы потрясающе? Невозможно не вернуться мыслями к тому августу, августу 2005 года. Я находился с матерью у строительного гипермаркета „Максидом“ на Московском шоссе в Санкт-Петербурге, в районе станции метро „Электросила“. Жуткая пыль в одном из самых оживлённых районов Петербурга. Здесь, неподалёку, когда-то жил мой друг детства Павел. Мы вышли из строительного гипермаркета с полными сетками. Среди покупок оказалась и эта дурацкая плёнка для мебели, модная в середине нулевых. Я был удивлён, поскольку поездка на метро до места назначения оказалась бы более простой и быстрой. Однако мать почему-то решила поймать частника. Минут через десять подъехал мигрант на „Жигулях“ и запросил за поездку до соседнего квартала непомерную сумму. В итоге мы воспользовались метро. Позднее стало ясно, что приобретение мебельной плёнки было напрасным. При этом её стоимость, насколько помнится, составляла семьсот рублей. Моя попытка использовать её для отделки межкомнатной двери не увенчалась успехом. Ну да, именно так всё и вышло, и я прямо очень сильно огорчился. А сколько потом было этих бесполезных покупок… До чего же тоскливо от осознания этого. Да, всё так и есть. Вот уже двадцать один год прошёл, ну, почти что. Мои мысли сейчас заняты Турцией, Румынией и Словакией. Было бы крайне необычно, если бы Косово, Албания, Босния и Герцеговина, а также Северная Македония одновременно квалифицировались на Чемпионат мира по футболу 2026.
Хоккей, абсолютно голые стриптизёрши и даже отвращение к летним пионерским лагерям… Банальность? Понимаю, но сколько же там всего скрыто? Это затрагивает струны моей души… Эти сюжеты, подобно рекам, текут к своим устьям, но затем, разветвляясь, порождают новые потоки — продолжения, которые подхватывают и несут персонажей сквозь новые главы их бытия. Я тоже, наверное, лишь капля, уносимая общим течением бытия. Такова была судьба. Когда-то я решился на покупку Dali Opticon 6 MK2. И, к моему счастью, они полностью оправдали все ожидания, ни капли сожаления. Просто так сложились обстоятельства. Помнится, это было 16 марта 2023 года. Утром того дня я отправился в его офис, чтобы встретиться, как мы и договаривались накануне в переписке WhatsApp. К счастью, офис находился совсем рядом с моим домом. Кажется, я произвел на них обоих — на него и на неё — довольно странное впечатление. Он сделал мне предложение, которое я, находясь там, принял, но стоило мне выйти за порог, как я передумал и окончательно отказался, сообщив ему об этом решении опять же через WhatsApp. Добравшись до своего дома и стоя у двери, я совершил звонок в веломагазин. Да, именно так всё и произошло. Парой дней раньше, где-то седьмого или восьмого марта, я проторчал на остановке, дожидаясь её, аж до полпервого ночи. В итоге пошёл домой, а она появилась только часа в два. Март тогда был аномально холодным, как январь. Мне искренне жаль, что так получилось. Я признаю, что это моя ошибка. А, Back and Blue от Стоунз! Отлично помню. Захватывающе и трогательно. Моё первое впечатление… положительное! Я вспоминаю эти аккорды и пытаюсь их проиграть в голове. Такова была судьба. Я помню и это. И зимнее солнце. И дефицит сна. И идите вы все „нах+уй“. Во вторник аварийная служба (вероятно, водоканал или теплосеть) проводила работы под окнами, вскрыв асфальт. Я открыл окно. Шёл снег, и наша британская кошка с удовольствием ловила залетевшие снежинки. Очень мило.
Можно сказать, что „русскоязычный россиянин“ — это последний, выцветший лист на древе русского народа, символ его глубокой, измученной старости. Когда мозг русского народа уже мёртв, а тело всё ещё подключено к аппарату жизнеобеспечения. Картина удручающая, и попытки найти в ней что-то позитивное, вроде демократии, прав человека или свободы, будут тщетны. Можно, конечно, нацепить маску русского либерала, и тогда получится что-то вроде Юрия Лонго, который в морге пытается оживить покойника. Суть русского либерализма в его неэффективности перед лицом реальных вызовов. Он подобен фейерверку, запущенному во время пожара: создает много шума и света, но абсолютно бесполезен для борьбы с огнем. Его энергия быстро иссякает, не оставляя после себя ничего, кроме разочарования и упущенных возможностей. Я вообразил себе, каким мог бы быть идеальный, искренний предвыборный ролик настоящей российской либеральной партии. Сюжет такого ролика представлял бы собой шокирующую сцену: последнего оставшегося в живых ветерана Великой Отечественной войны, стоящего на коленях, обезглавливает активист, выступающий за права человека и демократию. Даже после обезглавливания, голова ветерана продолжает бормотать о Сталине и Гагарине, но его песенка, очевидно, спета. Поток красно-коричневой крови хлестал сверху вниз. К сожалению, я не думаю, что подобная политическая реклама появится в России в обозримом будущем. Было бы очень интересно, если бы в одной группе на чемпионате мира по футболу встретились Мексика, Австралия, Шотландия и, если можно так выразиться, Кабо-Верде. Ну вот, опять я за своё. Представляю себе идеальный ЧМ-2026. Примерно 20 марта 2023 года, с возможным небольшим отклонением в ту или иную сторону. В моем воображении я оказался в Ломоносове, в просторном атриуме современного здания, где располагается офис Сбербанка. Это место находится совсем близко к железнодорожному вокзалу города. Я стою на третьем этаже, на лестничной площадке, и мой взгляд устремлён на величественный собор Архангела Михаила. Меня беспокоят мысли о том, что будет дальше. Не верится, что прошло уже три года.
Завораживающая. Завораживающая картина. Это та самая „Пятёрочка“. Речь идёт о „Пятёрочке“ на улице Седова в Санкт-Петербурге. В солнечный день я заходил в эту „Пятёрочку“ и заметил там её — Новожилову Наталью Сергеевну. Она уронила смартфон на пол, но я успел поймать его в полёте. Крики? Зачем? Всё в порядке… В этой сюрреалистической вселенной, где всё — лишь плод воображения, отрезанная голова ветерана ВОВ из моей же придуманной рекламы „настоящей“ русской либеральной партии (которая, по определению, тоже лишь вымысел) неожиданно копирует сюжетную линию рыбы из „Аризонской мечты“. Она ( отрезанная голова ветерана ВОВ ) парит в небе, пролетая то ли над российской Арктикой, где монголоидные народы, не исповедующие ислам, подвергаются жестокой эксплуатации, то ли над канадской Арктикой, где местные монголоидные индейцы в своих уютных юртах наслаждаются сексуальной свободой. Потом же данная отрезанная голова ветерана ВОВ плавненько двигается по Невскому проспекту перемещаясь на уровне последних этажей домов на Невском проспекте. Они выглядят нормально. Я же следил за данной головой исключительно позади… Абсурдно? Да. Именно так. Я видел только её затылок. В воображении передо мной возникал Невский проспект середины девяностых и начала двухтысячных. Мне кажется, что в некотором смысле это было прекрасное время. Это было время моего детства… На мой мобильный телефон не приходят SMS-сообщения. Ну, вот эта странная женщина, вся такая: облезлые кольца в ушах, цепочка на руке, пластиковые очки и пакет из „Пятёрочки“. Вот вам и весь местный „ломоносовский шик“ с минимализмом, как говорится. Этот понедельник, 21 февраля 2022 года, я отчетливо помню. День выдался пасмурным и холодным, типично зимним. Я поднялся по лестнице и оказался у дверей торгового центра возле железнодорожного вокзала. Я проторчал там где-то полчаса, может, чуть больше. Я наблюдал, как мимо меня прошел мужчина средних лет, и мой взгляд был полон снисходительности и даже презрения. Я смотрел на него сверху вниз. Его смартфон, прижатый к уху, вызвал ассоциацию с людьми конца восьмидесятых, которые носили радиоприемники, чтобы быть в курсе таких событий, как съезды народных депутатов. Вот странно, но я подумал, что он следит за свежими новостями. Ведь именно в тот день Путин объявил, что ДНР и ЛНР теперь официально считаются государствами — хотя на деле это конченые террористы. Из его телефона звучал голос, очень похожий на голос Путина. Он шёл к железнодорожной станции. Четыре. Всего четыре года назад. И знаете что? Тогда мир казался куда лучше. Почему? Да потому что я ещё и понятия не имел, что на ЧМ-2026 нас ждёт такой кошмар, как группа с Германией, Эквадором, Кот-д'Ивуаром и Кюрасао! А ещё я тогда не знал, что на ЧМ-2022 Испания, Германия, Япония и Коста-Рика окажутся в одной группе. Это просто какой-то ужас, а не группы! Странно, но мне вдруг вспомнились её фотографии, что она мне раньше показывала. Я не про ту женщину с пакетом из „Пятёрочки“, что прошла мимо меня недавно, а про неё — мою старую знакомую. Та самая женщина в жёлтом платье, на снимках из Каппадокии.
Вам могут быть интересны похожие материалы
Вопросы и комментарии 0